Церковь Константина в Риме. С. Костанца. Интерьер

Хотя неф напоминал неф Святого Иоанна Латеранского, западный конец заметно отличался: это было не столько место собраний прихожан, сколько территория святилища мучеников. Трансепт, принявший форму небольшого нефа, расположенного под прямым углом к ​​главному нефу, был чем-то вроде новинки.

Он стал удобным и привычным элементом готической архитектуры, но в четвертом веке его стали использовать как исключительную особенность, предназначенную для особой цели размещения толпы верующих. Однако его можно считать эллинистической формой, происходящей от культового помещения, расположенного перед языческими святилищами героев. Что касается формы святилища собора Святого Петра, Григорий Турский снова весьма информативен:

Гробница помещена под алтарь и хранится отдельно. Но если кто-то желает помолиться, ширмы, окружающие это место, отвинчиваются, и он имеет доступ к месту прямо над могилой. Там можно открыть небольшое окошко, поэтому он просовывает голову внутрь и просит все, что ему нужно.

Местонахождение алтаря точно неизвестно; он действительно мог быть передвижным до тех пор, пока Григорий Великий не устроил мессу «над телом святого Петра». , выстроились по обе стороны, а люди стояли за ними.

Церкви Константина в Риме, сочетающие классическую простоту дизайна с богатством внутреннего убранства, послужили образцом для более поздних строителей. Но все это, будь то большие базиликанские залы для собраний или компактные централизованные святилища мучеников, сохранилось лишь как фрагменты после более поздних реконструкций.

Однако они достаточно сохранились, чтобы указать, как Константин столкнулся с проблемой соединения большого зала, приспособленного для коллективного богослужения, с мощами мученика, присутствие которого было центром поклонения.

Общему образцу Сан Лоренцо и Сан Себастьяно следовали в церкви св. Марцеллина и св. Петра, примыкающей к могиле Елены, матери Константина, на Виа Лабикана, и, опять же, в случае св. Агнессы на Виа Лабикана.

О подробностях мученической кончины святой Агнессы ничего не известно: можно предположить, что она стала жертвой последнего гонения во времена Диоклетиана. В любом случае она нашла свое пристанище в крохотном святилище, находившемся внутри катакомбы, захваченной христианами из-за того, что она раньше использовалась в качестве языческого захоронения.

Над верхним слоем этой катакомбы была построена церковь, по-видимому, довольно большого зала с галереями, выступающими над землей. Но это место преобразилось, когда Константин или, возможно, его сын Константин II построил большую базилику с традиционными нефами и фонарем рядом. Папа Гонорий I, около 630 г. н.э., снова изменил всю схему, построив новую церковь вместо базилики Константина, а не включив ее в нее.

Точное местонахождение святыни святой Агнесы неясно, но предположительно она лежит непосредственно под массивным алтарем, который, как бы путем подмены, принял вид саркофага, а на его лицевой стороне высечена фигура женщины-святой с руки простерты в молитве. Можно сравнить великую базилику СС. Нерея, Ахиллеса и Петрониллы, построенного в конце четвертого века и частично зарытого в землю, чтобы включить ряд гробниц непосредственно под мощением пола.

Другим типом константиновских зданий был мавзолей — название, которое римляне применяли к исключительно сложным гробницам, построенным для императорских особ. Гробница, частично сохранившаяся до сих пор в замке Сант-Анджело, была построена около 135 года нашей эры для императора Адриана и служила местом упокоения императоров и их родственников в течение семидесяти или восьмидесяти лет.

Круглая башня диаметром около 68 метров возвышалась на обширном квадратном основании, вся конструкция была искусно украшена колоннадами, статуями и блестящей поверхностью парийского мрамора.

На вершине возвышалась пирамида, увенчанная большим бронзовым конусом, до сих пор сохранившимся на территории Ватикана. Константин, в свою очередь, не видел ничего противоречащего христианской вере в практике поминовения членов императорского дома с впечатляющим великолепием, хотя, естественно, предпочитал связывать такие гробницы с церковью.

Его собственный мавзолей, ротонда, расположенная рядом с церковью Святых Апостолов в Константинополе, исчез, но круглый мавзолей, посвященный его матери Елене, все еще существует, несколько обветшавший, под названием Тор Пигнаттара в восточном пригороде Рима.

Однако лучшее представление о таких постройках дает круглая церковь Сан-Костанца на северной окраине города (рис. 58). На самом деле он был построен как мавзолей для Константины, дочери императора, примерно через двадцать лет после смерти Константина, но он отражает стиль и образец более ранних построек.

Сан-Костанца примыкает к базилике Сан-Аньезе, но, хотя Сан-Аньезе была в значительной степени перестроена в седьмом веке, Сан-Костанца остается практически в своем первоначальном виде.

Рис. 58. Рим, Сан-Костанца: снаружи, как показано на гравюре, приписываемой С. Дж. Нилу, 1796 год

Снаружи представляет собой круг ничем не украшенной каменной кладки, отличающийся только вестибюлем шириной 18 метров и двумя апсидами по бокам. Великолепие дизайна и цвета было присуще только кругу самого мавзолея.

Вход ведет в амбулаторию, которая ведет вокруг здания. Этот проход, увенчанный цилиндрическим сводом, имеет с одной стороны главную внешнюю стену, в которую утоплено несколько ниш различной формы; с внутренней стороны он отделен от высокого барабана купола двенадцатью парами гранитных колонн (рис. 59).

Рис. 59. Рим, Сан-Костанца: интерьер

Все колонны имеют одинаковый рисунок и увенчаны богато резными «композитными» капителями, в которых ионические завитки добавлены к акантовым листьям коринфского стиля. Капители, в свою очередь, увенчаны высокими каменными импостами, непосредственно поддерживающими кирпичную кладку аркады.

В четырех основных точках арки больше остальных: одна из этих увеличенных арок отмечает вход, а прямо напротив другая закрывает огромный саркофаг Константины. Окна, пробитые в барабане купола, дают определенное количество света, который усиливался бы сиянием ламп, играющим на блестящем декоре мозаики.

Константин, осуществляя свою амбициозную программу строительства церкви, действовал в Палестине, по крайней мере, столь же энергично, как и в Риме, хотя на Святой Земле его мученики были предназначены для защиты почитаемого места, а не почитаемой реликвии. Его мать Елена посетила Палестину в качестве паломника и основала несколько святынь, в том числе одну над гротом Рождества Христова.

По словам Евсевия, святая царица, желая тщательно сохранить память о младенчестве Христа, позаботилась о том, чтобы придать святому гроту богатое и разнообразное убранство. Вскоре после этого сам император, превзойдя великолепие, дарованное его матерью, украсил это место поистине царским образом золотом, серебром и богатыми гобеленами.

Св. Лука в своем Евангелии лишь пишет, что после рождения Иисуса «его положили в ясли», но со второго века указывается на пещеру Рождества Христова, где Константин построил свою церковь, будучи паломником. Свидетельствует из Бордо, пришедший в Вифлеем в 333 году.

Сведения об авторах и источниках:

Авторы: Курт Вайцман и др.

Источник: Эпоха духовности: позднеантичное и раннехристианское искусство

Данные публикации будут полезны студентам искусствоведческих, архитектурных и исторических специальностей, исследователям византийского и раннехристианского искусства, специалистам в области реставрации и истории архитектуры, а также всем, кто интересуется эволюцией монументального зодчества и декоративно-прикладного искусства Поздней Античности и Средневековья.