Вифлеем, Церковь Рождества Христова. Иерусалим: Храм Гроба Господня

Несмотря на значительную перестройку Юстиниана, который окружил весь восточный конец трилистником, нынешняя структура до сих пор несет на себе отпечаток работы Константина (рис. 60).

Церковь состояла из трех основных частей: атриума или переднего двора, базилики и восьмиугольной часовни, возведенной над самой Пещерой, что представляло собой ранний пример церкви для коллективного богослужения, объединенной со святыней мучеников или ее эквивалентом.

Рис. 60. Вифлеем, церковь Рождества Христова: общий план

Атриум шириной около 27 метров был окружен крытой колоннадой, которая с восточной стороны переходила в портик, обозначающий входные двери. Базилика, традиционная по конструкции, была разделена рядами колонн на пять нефов, причем центральный неф был примерно вдвое шире остальных.

Под полом нынешней церкви был обнаружен первоначальный фундамент из больших известняковых блоков, а также значительная часть мозаичного пола, края которого с богатым узором контрастируют с простой белой мозаикой атриума. Сохраняются споры относительно стиля и возраста колонн.

Они были заявлены как часть церкви Константина, но другие археологи отнесли их к реставрации шестого века: возможно, ответ заключается в том, что это оригинальные колонны, использованные во второй раз и увеличенные в количестве за счет копий.

Из центра нефа, в его восточном конце, лестница вела к восьмиугольному храму, где сцену снова украсил мозаичный ковер на полу. А поскольку набожные паломники хотели заглянуть в Пещеру, круглая шахта диаметром около двенадцати футов была пробита до уровня пола и окружена простым каменным бордюром со ступенями, расположенными в форме восьмиугольника.

Похоже, что металлический экран был снабжен разноцветными драпировками, а наверху в крыше было пробито отверстие, пропускающее лучи света, освещающие место рождения Сына Праведности.

Несмотря на политическое благоразумие и тщеславие, пылкое благочестие Константина побудило его в конце своего правления неустанно отмечать три других священных места Палестины соответствующими святынями.

Одним из них было древнее святилище Мамре, где ангелы встретили Авраама с ободряющей вестью о том, что «Авраам непременно станет великим и могущественным народом». Ежегодная ярмарка проводилась в Мамре, когда евреи, арабы и христиане проводили тщательно продуманный ритуал, включавший зажигание ламп и возлияние. Константин был потрясен таким необычным суеверием и подавил его, основав вместо этого церковь, «достойную древности и святости этого места».

Эта церковь, насколько ее можно проследить сейчас, была совсем небольшой, имевшей всего по три колонны с каждой стороны нефа с апсидой в конце, заключенной в прямоугольник здания.

На западной стороне длинное крыльцо (нартекс) продолжало образовывать дополнительные комнаты с обеих сторон, в то время как еще один набор боковых помещений, очевидно, использовавшихся в качестве ризниц или для административных целей, выступал в восточном конце. Все это было заключено в пределах территории, где находился дуб, возле которого сидел Авраам, когда получил божественное послание.

С этим святилищем в Мамре можно сравнить Церковь Хлебов и Рыб, обнаруженную в Эль-Табге на берегу Геннисаретского озера в 1932 году. Это была приземистая базилика стандартного типа с двором и притвором.

Высококачественная мозаика, найденная в изгибе апсиды, изображает корзину, окруженную двумя рыбами и содержащую несколько хлебов, отмеченных крестами, что связывает чудо с Евхаристией, а впереди, в центре апсиды, лежит камень, о котором упоминает паломница Этерия: «камень, на который Господь положил хлеб, превратился в жертвенник».

Посетители уносят с собой осколки этого камня, так как он лечит все недуги. Этерия написала в 385 году нашей эры, хотя церковь и мозаика относятся к периоду примерно пятьдесят лет спустя, но под ней были найдены остатки миниатюрной, более ранней церкви длиной чуть менее 17 метров, которая, должно быть, была той, которую Этерия знала и восходит к это время вскоре после смерти Константина, даже если его нельзя причислить к его основаниям.

Церковь Гроба Господня Константина, включавшая в себя и гробницу Христа, и скалу Голгофы, была более крупным и амбициозным сооружением, чем церковь в Мамре, но приобрела свое отличие не столько из-за своих размеров, сколько в результате величественной последовательности дворов и дворов. здания, ведущие из одного в другое.

С течением времени все настолько полностью перестроилось, что описание, данное Евсевием в «Жизнеописании Константина», дает более ясную картину, чем любые результаты раскопок. Расположенный недалеко от центра Иерусалима, он заменил храм Афродиты, который император приказал снести, обнажив пещеру и скалу, для сохранения которой затем была построена церковь.

Впечатляющий вход (рис. 61) — «очень привлекательный», как отмечает Евсевий, — вел с главной торговой улицы Иерусалима в открытый двор. Двор с прямоугольником колонн и фонтаном посередине открывал доступ к фасаду церкви, где, снова заимствуя слова Евсевия, «три хорошо организованных дверных проема пропускали толпу тех, кто входил снаружи».

Рис. 61. Иерусалим: Храм Гроба Господня в его отношении к городу сегодня

Никаких размеров не зафиксировано, но церковь явно представляла собой широкое и приземистое здание. Что поразило всех зрителей, так это блеск убранства.

Константин в письме иерусалимскому епископу поручил ему позаботиться о том, чтобы это здание было «лучше и красивее любого другого в мире», и настаивал на том, чтобы не было недостатка в мраморе и драгоценных металлах. Так и получилось.

Два ряда колонн с каждой стороны, отделяющие неф от нефов, и галереи, расположенные над нефами, возможно, представляли собой ничем не примечательный дизайн, но внутренняя поверхность здания была скрыта под слоями полихромного мрамора: потолок был украшен резными панелями, которые , напоминая великое море, непрерывно волновалось над всей базиликой, и блестящее золото, которым был покрыт потолок, заставляло всю святыню сверкать тысячами отраженных огней.

Таково было впечатление Евсевия, который добавил, что внешним видом ни в коем случае не пренебрегали:

Внешний вид стен, блестящий, с превосходно уложенным полированным камнем, представлял собой необычную красоту, ничуть не уступающую красоте мрамора. Что касается крыши, то ее внешняя поверхность была покрыта свинцом — надежная защита от зимних дождей

В западном конце базилика была завершена тем, что Евсевий называет «полусферой», украшенной двенадцатью колоннами, соответствующими числу апостолов. Большие серебряные чаши, подаренные Константином, увенчивали колонны, окруженные на высоте крыши каким-то куполом.

Это кажется сложной структурой, если она была спроектирована просто как апсида, в которой могли сидеть епископ и другое духовенство. О его использовании можно только догадываться; но возможное объяснение состоит в том, что в нем хранилась реликвия Животворящего Креста.

Другое мнение состоит в том, что Евсевий не смог правильно изложить свои факты и что изогнутая линия из двенадцати колонн простиралась от базилики до внутреннего двора в честь реликвии Креста, которую паломница Этерия описала как находящуюся под открытым небом. Другие критики интерпретируют «полушарие» как раннюю форму ротонды, окружающей Гробницу.

Голгофа, традиционная сцена Распятия, находилась в открытом дворе непосредственно к западу от базилики. Сам камень высотой около четырех метров был специально расколот, чтобы придать ему более правильную форму и сделать его пригодным в качестве пьедестала для воздвигнутого на нем креста, украшенного драгоценными камнями.

Величественный комплекс зданий, хорошо приспособленный для торжественных литургических процессий, простирался еще дальше на запад и включал в себя круглое куполообразное сооружение, укрывавшее Гробницу.

Некоторые из нижних рядов каменной кладки здесь, по-видимому, относятся к эпохе Константина, а купол иллюстрирует небольшая картина на вершине палестинского реликвария седьмого века, ныне находящегося в Ватикане: он был сделан из камня или, возможно, из дерева. и имел ряд полукруглых окон вокруг основания.

Здание в целом содержало широкий проход, проходящий вокруг внутренней части главной стены. Далее шла круглая колоннада, ведущая к меньшим колоннам галереи наверху, служившим опорой купола. И наконец, ровно в центре ротонды, находилась каменная пещера, свидетельствовавшая о победе Христа над смертью.

С некоторым отсутствием исторического смысла этот памятник снова был изменен по сравнению с его первоначальной формой, чтобы соответствовать архитектурному решению Константина. Гробница была вырезана изолированно от окружающей скалы, а подходы к ней выровнены, чтобы обеспечить гладкую поверхность для покрытия ротонды.

Колонны с металлическими решетками между ними были установлены вокруг грота, чтобы защитить его и поддержать остроконечный навес, а «всевозможные украшения» придавали великолепие, требуемое модой того времени.

Почитание оказывалось не только самому гробу, но и камню, который, как пишет святитель Матфей, ​​служил печатью и был отвален ангелом. Считалось, что этот камень является «свидетелем Воскресения», в какой-то момент он, кажется, был разбит на две части, а один кусок, заключенный в металлические ножны, использовался в качестве алтаря.

Величественное сочетание святых мест на Голгофе настолько поразило историков, что они сравнили его с Новым Иерусалимом, предсказанным пророками и появляющимся в видениях Апокалипсиса.

Сведения об авторах и источниках:

Авторы: Курт Вайцман и др.

Источник: Эпоха духовности: позднеантичное и раннехристианское искусство

Данные публикации будут полезны студентам искусствоведческих, архитектурных и исторических специальностей, исследователям византийского и раннехристианского искусства, специалистам в области реставрации и истории архитектуры, а также всем, кто интересуется эволюцией монументального зодчества и декоративно-прикладного искусства Поздней Античности и Средневековья.