Эволюция речной сети и гидрографии Русской платформы в перми и триасе

Закономерности стока после завершения герцинского горообразования. С завершением герцинского орогенеза моря, подставлявшие базовые приемники стока с Русской равнины, располагались строго в пределах ее платформенной части. Речные артерии транспортировали терригенный материал к Балтийской и Прикаспийской синеклизам, а также в северо-восточный сектор Московской синеклизы, интенсивно заполняя наносами внутренние морские бассейны, лагуны и озерные системы. В унаследованном режиме продолжали свое развитие Днепровско-Донецкий, Рязано-Саратовский и Восточно-Русский (Волжский) прогибы, вмещавшие ключевые речные магистрали юго-восточного направления. Вдоль осевой зоны Московской синеклизы сток ориентировался на северо-восток, а водотоки Прибалтики устремлялись на юго-запад.

Палеогеографическая преемственность в раннем мезозое. Сформированная в позднем палеозое речная сеть сохранилась и в раннемезозойскую эпоху, что подтверждает отсутствие полного совпадения рубежей геологических эр с перерывами эрозионных циклов. Обширное формирование аллювиальных равнин фиксирует начальные фазы прогибания земной коры, предваряя и опережая морские трансгрессии. В осевой зоне Московской синеклизы мощность осадков татарского яруса достигает 140 м близ Вологды и до 600 м в Верхне-Камской впадине. Литологическая пестрота мергелисто-глинистых и песчаных пород обусловлена размывом карбонатов на западе платформы и транзитом песчано-глинистого материала со стороны Урала, Балтийского щита и Украинского кристаллического массива.

Седиментация в индский век триасового периода. Четкая приуроченность отложений индского (ветлужского) яруса триаса к северо-восточной части осевой зоны Московской синеклизы свидетельствует о непрерывном погружении данного сегмента. В аридных условиях сухого пустынного климата происходил активный размыв высоких равнин, располагавшихся на крыльях синеклизы и в пределах Волго-Уральской антеклизы. В районе Общего Сырта, а также в бассейнах рек Унжи и Ветлуги широкое распространение получили косослоистые пески с линзами крупногалечниковых конгломератов, пестроцветных глинистых толщ и мергелей. Средняя мощность осадков индского яруса варьируется от 40–100 м, увеличиваясь в Верхне-Камской впадине до 270 м (Игнатов и Туманов, 1956).

Печорско-Московская аллювиальная система. На протяжении континентального этапа позднего палеозоя и раннего мезозоя речные артерии Московской синеклизы сформировали единую аллювиальную равнину, протягивавшуюся в индском веке от Ярославля до Кирова и далее вдоль Притиманского прогиба на север до Канина Носа, где она смыкалась с Печорской аллювиальной равниной. Данную гидрографическую сеть составляли заложенные в позднем палеозое реки бассейна современной Верхней Волги. Главный водоток, проходивший по осевой депрессии синеклизы, устремлялся на северо-восток в направлении наиболее прогнутого участка структуры (см. рис. 1). При этом западный водораздел занимал конфигурацию, близкую к современной.

Рис. 1. Палеогеоморфологическая схема Русской платформы раннемезозойской эпохи (по Атласу литолого-палеогеографических карт, 1968): 1 — горное обрамление платформы; 2 — аллювиальные равнины индского (ветлужского) века триаса; 3 — замкнутое море Прикаспийской синеклизы в среднем триасе; 4 — береговая линия северного моря в индском веке; 5 — направление сноса в индском веке; 6 — то же в период среднеюрской (батской) трансгрессии.

Палеогидрография Подмосковья и южного крыла синеклизы. Реконструированный рельеф поверхности карбоновых толщ Подмосковья указывает на то, что в верхней перми и триасе водораздел по южному крылу синеклизы проходил по линии Руза — северная часть Москвы — Ногинск — Муром и далее прослеживался к Казани (Даньшин, 1927; Дик и др., 1949; Жуков и Константинович, 1951; Спиридонов, 1954). К северу от данной водораздельной гряды протекали реки, чьи погребенные ложбины прослежены в направлении Калинина (Твери), Загорска (Сергиева Посада) и Владимира. Эти водотоки являлись прямыми притоками магистральной реки, дренировавшей осевую зону Московской синеклизы (см. рис. 3 в предыдущих материалах). В своем нижнем течении река принимала притоки, стекавшие с Уральского хребта и Балтийского щита.

Характеристика Главной Московской ложбины. Южнее широтного водораздела сформировалась так называемая главная московская ложбина. Она детально прослежена от Истры и Можайска на юго-восток через территории южнее Москвы, левобережье р. Москвы, севернее Бронниц, южнее Егорьевска, восточнее Рязани к Шацку (Даньшин, 1927; Жуков и Константинович, 1951). В современной гидрографической сети данному древнему эрозионному направлению соответствуют долины рек Истры, Москва-реки и рязанского участка Оки. Таким образом, южный водораздел, которому Д. И. Бочаров (1956) ранее приписывал миоценовый возраст, в действительности существовал еще в позднем палеозое.

Подземный сток и реликты Рязано-Саратовской речной системы. Наличие палеозойского водораздела от Москвы до Мурома подтверждается пространственной ориентацией подземного стока. Подземные воды верхнепалеозойских horizons с запада и востока стягиваются к оси Шилово-Владимирского прогиба и следуют от Гусь-Хрустального на север. Аналогичную направленность подземный поток сохраняет и севернее Владимира, устремляясь на север и северо-восток к Волге (Ассовский, 1959). Пересечение р. Клязьмой данного underground-потока подчеркивает его реликтовый палеогеографический характер. Водораздел подземных вод к северо-востоку от Рязани (в районе Гусь-Хрустального) свидетельствует об эволюции доюрской московской ложбины, которая продолжалась от Шацка вдоль Рязано-Саратовского прогиба в сторону Прикаспийской синеклизы.

Прикаспийский бассейн и эволюция южного стока. Предполагаемая московско-рязано-саратовская река сливалась с донецким водотоком в северо-западном секторе Прикаспийской синеклизы. На месте морского залива, простиравшегося в казанском веке от Прикаспийской синеклизы на запад вдоль Днепровско-Донецкого прогиба, в татарском веке и триасе образовалась обширная аллювиальная равнина (см. рис. 1). Сформировавшая ее речная артерия текла от среднего течения современного Днепра в замкнутый морской бассейн Прикаспийской синеклизы, сохранявшийся в её восточной части с татарского века до позднего триаса. К концу триасового периода область Прикаспийской синеклизы подверглась полному осушению.

Тектонические инверсии и предюрский рельеф. В конце палеозоя Казанско-Вятский (Кировский) прогиб трансформировался в антиклинальную структуру, в пределах которой сформировался водораздел Казанской седловины. Южнее возникла ложбина, заложение которой Е. И. Тихвинская (1954) относит к нижней перми. Ложбина открывалась на юг и продолжалась в пределах Волжского прогиба.

Раннемезозойский аллювиальный рельеф и купольные поднятия. Реки, возникшие в начале континентального этапа и просуществовавшие в течение перми и триаса, сохраняли свое юго-восточное направление и в ранней юре. На фоне обширных раннемезозойских аллювиальных равнин выделялись возвышенности, четко сопоставимые с тектоническими структурами палеозоя. Одна из таких возвышенностей Поволжья соответствовала Воротиловскому выступу фундамента в Горьковском Заволжье с отметками кровли около 355 м (Нечитайло, 1959). С размывом этой структуры связано формирование мощной (до 200 м) глинисто-конгломеративной толщи Пучежско-Чкаловского Поволжья (Ассонов, 1960; Блом, 1960a). Стратиграфический возраст толщи фиксируется подстилающими породами татарского яруса и перекрывающими юрскими морскими осадками. Морфологически выделялись также Пугачевские дислокации и Сызранский доюрский купол (Пермяков, 1935) в пределах Жигулевско-Пугачевского свода.

Сведения об авторах и источниках:

Автор: Г. В. Обедиентова

Источник: Формирование речных систем Русской равнины

Публикации будут полезны широкому кругу геологов, изучающих четвертичную геологию, геоморфологов, гидрогеологов, а также всем специалистам, интересующимся историей рек и геолого-геоморфологическим развитием Русской равнины.